Упомянутое «имение» представляло собой участок земли в двенадцать соток, собственно домик и баньку, топимую по-черному. Все это хозяйство Виталий приобрел за пять тысяч долларов, хотя мог бы сторговаться и за четыре. Домик нуждался в срочных вложениях, ржавая табличка на срубе говорила, что построен он полвека назад неизвестным мастером. Пока у Виталия руки дошли только до мансарды. Он обустроил там уютную комнату, поставил рабочий стол и тахту. Остальное же решил ремонтировать но мере желания и наличия свободного времени. Ремонт он делал сам, не привлекая местных аграриев. Потому как аграрии в большинстве своем хорошо держали в руках лишь бутылку с огненной водой. Прошлым летом он закопал под дорогой к дому чугунную трубу. В этом месте тек ручей, и образовывалась канава. Труба же устраняла это неудобство. Но зимой, когда он не приезжал в деревню, аграрии не поленились аккуратно вырыть трубу и сдать ее в металлолом, а деньги, по всей видимости, пропить. В доме ничего ценного Виталий на зиму не оставлял, но тем не менее каждый год к нему наведывались «гости» и тщательно проверяли сусеки. Ибо, как говорила местная поговорка, нет вещи, которую нельзя сменять на водку. Виталик уже привык к визитам и не расстраивался. Разве что по поводу ежегодной смены дверных замков.

Летом, тьфу-тьфу, к нему никто не залезал. Ближайшие деревенские соседи оказались тоже питерцами, как и большинство обитателей деревни. Приезжали сюда на летний сезон. Коренных же жителей почти не осталось. Увы, рассейская деревня процветала только в сериалах.

Сам участок, где прежний хозяин сажал картошку, пришел в легкое запустение. Выращивание корнеплодов сценариста не интересовало, он очистил от бурьяна и сорняков небольшой пятачок перед домом и поставил на нем тент-шатер с пластиковым столом. Вполне нормальная летняя столовая.

Приехав, Виталий поужинал и сразу завалился спать. Завтра предстоит написать очень важный финальный диалог, поэтому надо хорошо отдохнуть. В понедельник срок отправки материала продюсеру.